Альтернативный сайтчитай о Старой Ладоге

 

Альтернативный сайт Старой Ладоги

Приглашаем к сотрудничеству.

ГЛАВНАЯГОСТЕВАЯПОЧТАССЫЛКИ

БИБЛИОГРАФИЯФОТОУЧАСТНИКИАрхив

О. И. БОГУСЛАВСКИЙ

ИНСТИТУТ ИСТОРИИ МАТЕРИАЛЬНОЙ КУЛЬТУРЫ РОССИЙСКОЙ АКАДЕМИИ НАУК

ДРЕВНОСТИ СЕВЕРО-ЗАПАДА РОССИИ
(славяно-финно-угорское взаимодействие, русские города Балтики)

Под редакцией В М. Массона, Е. Н Носова, Е. А. Рябинина

скачать книгу
1 . 2 . 3 . 4 . 5 . 6 . 7 . 8 . 9 . 10 . 11 . 12 . 13 . 14

рис1 . рис2 . рис3 . рис4 . рис5

С периодом 1020—1070 гг. связано сокращение разнообразия обрядов погребения, что во многом связано с увеличением в погребальных памятниках черт христианской погребальной традиции (Богуславский, 1992а: 173—174). Число изделий, ха­рактеризующих связи приладожского населения в этот период, достаточно невелико (рис. 3). В первую очередь это связано с массовым проникновением в Приладожье серийных изделий новгородских ремесленников, которые во многом вытеснили другие привозные предметы. С другой стороны, выделить среди массовых вещей предметы, отражающие внешние связи юго-восточного Приладожья без дополнительного анализа распро­странения их в Новгородской земле крайне трудно, а часто и невозможно. Из вещей, происхождение которых практически не вызывает сомнений, следует в первую очередь отметить огромный пласт финских древностей (рис. 3). Их количество в погребениях не сократилось, а удельный вес увеличился за счет сокращения количества других изделий. Вещи, связанные со Скандинавией, крайне немногочисленны, а византийские вещи представлены только находкой литого перстня с печаткой (Богуславский, 1992а: 175).

Несмотря на сокращение круга привозных изделий, количе­ство монет в погребениях остается значительным. В этом пе­риоде встречены последние арабские монеты, все находки ко­торых попадают в погребальные комплексы со значительным запаздыванием (рис. 5). Новые монеты из восточных стран в Приладожье, видимо, не поступали, поскольку здесь не из­вестны дирхемы с датой чеканки после 1012 г. (рис. 4). Значи­тельные изменения произошли в динамике поступления запад­ноевропейского серебра, что выразилось в интенсификации его притока в Приладожье. Об этом свидетельствует, с одной сто­роны — уменьшение процента запаздывающих монет (рис. 5), который в это время минимален для всей истории региона, с другой стороны — максимальное количество западноевропей­ских монет, известных в юго-восточном Приладожье, отчека­нено в различных центрах Западной Европы именно в период между 1020-ми и 1070-ми гг. (рис. 4), что свидетельствует, ви­димо, о времени их поступления. Однако, для понимания этого процесса крайне важна динамика поступления монетного се­ребра в Новгород. Согласно анализу этих находок, проведен­ному В. М. Потиным, интенсивность поступления монет из За-


падной Европы существенно увеличивается с 1025 г.; более того, для времени около 1025 г. средний период запаздывания монет составляет около 8,5 лет (Потин, 1982: 130—131). Эти факты заставляют нас сделать вывод об опосредованном по­ступлении западноевропейского монетного серебра в юго-восточ­ное Приладожье, видимо, через Новгород, причем интенсив­ность связей Новгорода с юго-восточным Приладожьем была очень высока.

Видимо, возникшая в регионе южного Приладожья неста­бильность весьма отрицательно сказывалась как на состоянии международной торговли, так и на самой безопасности Новго­рода. Во многом попыткой ее устранения и удачным выходом из создавшегося положения стал династический брак между Ярославом Мудрым и дочерью Олава Шведского — Ингигерд в 1020 г. (Рыдзевская, 1978: 67). Ладога и Приладожье были преподнесены Ингигерд в качестве свадебного дара и переданы в управление ее родственнику — гаутландскому ярлу Рагнвальду — стороннику Олава Норвежского (Рыдзевская, 1945: 59). Таким образом, Ладожское ярлство превратилось в свое­образную буферную зону между Скандинавией и Русью. Как владения Ингигерд, эта зона была защищена от нападения шведов, а как лен Рагнвальда — от нападения норвежцев. О сходных целях при переустройстве Ладоги свидетельствует, по мнению А. Н. Кирпичникова, относящееся к близкому вре­мени ускоренное создание укреплений (Кирпичников, 1985: 25). Зависимость этой территории от Русского государства и княжеской власти проявилась как в увеличении экономического влияния Новгорода на эту территорию, так и в активном уча­стии выходцев из Приладожья в жизни Новгородской земли. Это выразилось в участии Рагнвальда, а затем его сына Эйлифа с дружиной в военных походах Ярослава Мудрого и нов­городцев (Рыдзевская, 1945: 59—60). Таким образом, юго-восточное Приладожье в это время, оказавшись в стороне от магистрального пути трансевропейской торговли, видимо, пере­ориентировалось на посредническую торговлю между финскими племенами, о чем свидетельствует увеличение количества фин­ских предметов и западноевропейских монет, поступавших через Новгород, занимавший более удачное положение на торговых путях. Это положение Приладожья и своеобразная внешнепо­литическая ситуация несомненно сильно способствовали сближению его и Новгорода. К сожалению, крайне трудно говорить о роли Ладоги в этом процессе, поскольку в настоящий момент не известно достаточно значительных остатков культурных слоев XI в. ни на Земляном городище, ни на Варяжской улице. Однако, косвенным свидетельством о начавшемся процессе экономической переориентации юго-восточного Приладожья является незначительное количество серийных изделий XI в. в недендродатированных слоях Земляного городища, в отличие


от погребений юго-восточного Приладожья, и отсутствие досто­верных следов их изготовления в Ладоге.

 

Hosted by uCoz