Михаил Ирвин, Андрей Островский, Владимир Исаков.

Ладога. Писательские раздумья



Когда стихла орудийная и оружейная пальба и Ладожское озеро оказалось в тылу русских земель, военные корабли покинули его. Остались лишь рыбачьи соймы по конструкции мало чем отличавшиеся от судов, на которых плавали по озеру древние новгородцы, галиоты баржи-романовки для перевозки кирпича, извести, теса!
И все осталось по-прежнему: по берегам жили люди, ловили рыбу, били тюленя, рубили лес и бесстрашно пускались в плавание на своих парусных суденышках по коварному озеру — без маяков и буев, без метеосводок, без радио и локаторов, борясь один на один со стихией и нередко погибая. «Судоходцы и промышленники оные,— писал Озерецковский,— весьма часто, особливо весною и осенью, когда бури наипаче свирепствуют, великую имеют нужду в покойных пристанищах для спасения своего от погибели; но озеро не везде оные им представляет. Южный конец сего озера, простирающийся от устий рек Боксы и Волхова к вершине Невы, берега имеет низкие, отмелые и каменистые, которые не только не дают глубоких губ или заливов, но и к самим себе на судах приближаться не позволяют, устрашая плавателей каменистым дном, какое при берегах сих в озере находится; да и реки, на упомянутом протяжении в озеро впадающие, в устьях своих весьма мелки и каменисты; так что, заехав в оные, скорее судно потерять, нежели спасти можно. При сих обстоятельствах самое Ладожское озеро весьма часто от ветров в ужасное приходит волнение, которое превосходит, кажется, колебания большого моря. Пресная, легкая и прозрачная вода оного действием ветров воздымается от самого дна и производит валы, страшным горам подобные; так что судно более по озеру возлетается, нежели плавает . . . Тогда ни для кого не важно лишиться грузу, лишиться всего имения, лишь только бы спасти свою жизнь, против которой восстают волны, непреоборимые неприятели».
Прорытые обводные каналы почти совсем устранили движение торговых судов на Ладожском озере. Может быть, потому и не торопились с его познанием. До половины XVIII века были известны лишь контуры берегов. Только в 1765 году капитан-лейтенант Селянинов впервые кое-где промерил глубины озера и исследовал прибрежье .Шлиссельбургской губы. А наиболее подробная карта озера появилась лишь в середине XIX века.
К концу того же столетия в открытое Ладожское озеро рисковало выходить всего-навсего несколько десятков буксирных и буксиро-пассажирских паровых судов, перевозивших хлеб, лес, железо, чугун, соль; в это число входило и пять пассажирских пароходов, которые курсировали по четырем линиям.
Все основательные исследования Ладоги пришлись на новый, XX век. Были изучены течения, климатические и гидрографические особенности Ладоги, колебания ее уровня, тепловой баланс, ледовый режим, гидробиологические ресурсы и прочее, и прочее. Никто не мог предвидеть, как все это пригодится в суровую годину Великой Отечественной войны! Никто не мог предположить, что именно вода и лед Ладожского озера окажутся той спасительной дорогой, которая поможет выжить и выстоять Ленинграду, отрезанному врагом от страны.
До войны на Ладожском озере базировались лишь небольшие учебные корабли и катера. С началом военных действий Ладожскую военную флотилию пополнили морские охотники, катерные тральщики, два небольших транспорта и учебный корабль «Шексна», пришедшие сюда из Ленинграда и Кронштадта. Все речные суда, озерные буксиры Северо-Западного пароходства были мобилизованы и подчинены флотилии.
В эти дни героями были все — военные моряки, красноармейцы, речники. Стойкость, мужество, отвага, взаимная выручка стали нормой, обыденностью жизни людей в этой прифронтовой зоне, где на карту была поставлена судьба Ленинграда.
Одна из многих трагедий разыгралась 4 ноября: два сторожевых корабля — «Конструктор» и «Пурга» — вышли из Осиновца в Новую Ладогу с женщинами и детьми на борту. И вскоре из-за серых рваных туч осенне-бурной Ладоги выскочили фашистские бомбардировщики. Началась дикая охота за судами, бессмысленно жестокая охота: знали гитлеровские летчики, кого вывозили из Ленинграда, знали и пикировали, сбрасывая бомбы! Экипажи сторожевиков мужественно и хладнокровно отбивали атаки воздушных пиратов, маневрировали, уклоняясь от бомб. И все же одна угодила в «Конструктор». Корабль стал тонуть. На помощь бросились канонерская лодка «Нора», спасатель «Сталинец» и буксир «Орел». В этой отчаянной борьбе за людей, за корабль победу одержали моряки. Полузатонувший «Конструктор» удалось отбуксировать в бухту Морье.
В скрижали истории занесены сотни драматических и одновременно героических эпизодов тех дней, когда люди отстаивали свою жизнь и жизнь других, боролись за каждое судно, за каждую баржу, понимая, что они означают для спасения блокированного города. Когда штормом сорвало якорь и баржу понесло к берегу, занятому врагом, девушка-комсомолка шкипер Таня Шубина сумела ночью добраться на самодельном плоту до своих и вызвать на подмогу буксир, который вывел баржу из-под самого носа обескураженного противника.
Движение транспорта не замедлилось. Зимой водную трассу сменила ледовая. Корабли уступили место грузовикам— «зисам», «якам», и «газикам», но лишь только потонылал весной лед, снова двинулись в путь караваны судов . . .
Эта нить жизни блокированного Ленинграда не давала покоя, нервировала фашистов, уверенных в том, что город должен был достаться им без лишних хлопот и пролития крови немецких солдат. Не случайно командующий Первым воздушным флотом генерал-полковник Келлер получил от фашистского командования директиву, в которой предлагалось «сорвать эвакуацию Ленинграда всеми средствами и особенно воздушными налетами на ладожский район судоходства, чтобы не дать возможности противнику усилиться посредством перевозок войск, работ по вооружению или достичь улучшения продовольственного положения и тем самым обороноспособности Ленинграда». Но Ленинград не собирался умирать. Он не только жил — он готовился к отпору, к разрыву вражеского кольца.
Еще летом 1941 года фашисты в спешном порядке сколотили на Ладожском озере немецко-итало-финскую флотилию. Сами немцы перебросили сюда шесть малых минных заградителей и тридцать штурмовых десантных барж, легких и тяжелых; итальянцы — четыре торпедных катера; финны отдали один и несколько небольших транспортов и разъездных катеров. Эту флотилию поддерживала с воздуха авиационная группа. ..далее 




Все страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48
Hosted by uCoz